Уходящих и приостанавливающих работу в России компаний стало больше

  1. За рубежом: реальный мир
  2. Санкции Запада против России — 2022
image

Желание министра экономики Франции Брюно Ле Мэра перестать сотрудничать с Россией в экономической сфере натолкнулось на сопротивление со стороны французской нефтегазовой компании Total Energies. Она решила продолжить свою деятельность в России. Об этом 1 марта пишет французская газета Le Parisien.

Это решение стало неожиданным на фоне прекращения деятельности британской компании BP, голландской Shell и норвежской Equinor. Эти компании объявили о прекращении инвестиций в Россию, отказавшись от проектов с «Роснефтью» и «Газпромом». По мнению эксперта по нефтегазовому сырью, последствия отказа от сотрудничества для Total Energies окажутся несравнимыми с потерями BP или Shell, которые были не очень активными в России.

Решение французской компании пошло вразрез с желанием министра экономики Франции спровоцировать крах российской экономики. Правда, генеральный директор Total Energies Патрик Пуянне (Patrick Pouyanné), после высказывания Брюно Ле Мэра, все же был вынужден заявить в социальных сетях, что компания больше не будет вкладывать капитал в новые проекты в России. Но при этом уточнил, что не отказывается от уже существующих.

При принятии решения о продолжении работы по действующим проектах компания исходила из того, что французский нефтяной гигант имел на руках 19,4% акций российской нефтегазовой фирмы «Новатэк». Кроме того, помимо финансовых последствий, вследствие вывода средств, главная проблема была стратегическая. После ухода французов на их место могли прийти китайцы, как подчеркнул эксперт.

И это при том, что в развитие отрасли по добыче природного газа были вложены значительные средства. Поэтому нельзя было отмахнуться от всего одним махом. К тому же, среди прочего, группа являлась владельцем 20% акций проекта «Ямал СПГ» в арктической части Сибири, способного производить 16,5 млн тонн СПГ в год, как отметило издание.

ПарижНашли ошибку? Выделите ее, нажмите СЮДА или CTRL+ENTER

Вместо рабочего налаженного процесса — некомфортная и нездоровая рабочая обстановка. Начальник склада менялся 6 раз, главный пожарник тоже постоянно менялся около 6 раз. Кадрами компания не дорожит, выкидывает их на улицу, просто не понравился директору и ты уже не сотрудник [censored] Зато ищут новые кадры, складывается впечатление, что [censored] не работал почти 10 лет, а только вот вот вчера открылся, столько активных вакансий! Дзержинск уже не хочет там работать. Многие бывшие сотрудники перешли на работу в такси и счастливы. Как из успешного предприятия сделать такое, куда никто не хочет идти? [censored] стал фирмой однодневкой, забыв, что всё решают кадры, а он их меняет как перчатки. Недальновидная политика. Конечно, так нельзя раскидываться кадрами.

Комментарии (139) ↓

Хотите получать в Telegram уведомления о комментариях к этому посту? Перейдите по ссылке и нажмите “Старт”

Хотите получать комментарии к отзыву на email?

Проголосуйте за отзыв: Поделиться в соцсетях:

Categories:
  • 0″ ng-click=”catSuggester.reacceptAll()”> Cancel
image

Они, наверно, думали, Россия будет и дальше играть по правилам, соблюдать условия контрактов, выполнять решения европейских судов и арбитражей, платить по кредитам, по требованию владельцев бизнеса возвращать активы и компенсировать убытки.

Ага. Сейчас Россия всё бросит и побежит соблюдать. Забудьте.

По многочисленным просьбам коллективного запада Россия отменила старые правила игры. Правил больше нет. Не имеют никакой юридической силы заключённые договоры, подписанные контракты, взятые обязательства. Идёт война. Как уже это успели назвать, «экономическая атомная война». Развязал ее запад и Россия вынуждена отвечать. А воевать русские умеют.

Европейский бизнес думал, что он в любой момент может уйти из России и «зафиксировать прибыль», т. е. вывести капитал и закрыть производства, оставив после себя пустыню. Ан нет. Россия быстро придумала свои правила игры. Хотите уйти? Пожалуйста. Но активы (движимое и недвижимое имущество) оставьте на месте. Можете продать. За рубли, да. Где взять рубли? Купите. По специальному курсу ЦБ для нерезидентов. Ах, невыгодно? Тогда ведите бизнес дальше, вас же никто не гонит. Ах, США требуют? Вот с них свои активы и получите. Привет Байдену.

Вы требуете вернуть самолеты лизингодателям? А если мы их не вернем, то что будет? Ах, в суд подадите. В какой? В европейский? А если мы его пошлем подальше, то что будет? Да-да, чихали мы на ваши суды, можете подавать. Такие теперь правила.

«Бритиш Петролеум» захотела выйти из акций Роснефти? Да пожалуйста. Акции как раз подешевели, самое время покупать. Роснефть по дешевке выкупит свои акции и прибыль больше не будет уезжать в Англию. Спасибо, Бритиш! «Шелл» тоже на выход? Отлично, отдайте акции Газпрому и скатертью дорога. Нет-нет, ваши технологии останутся у нас, мы вам ничего не должны. Контракт засуньте себе в …. Конечно, конечно, вы имеете право обращаться в суд. В европейский. Заодно передайте суду, что мы его видели в гробу в белых тапках.

Нас больше не интересуют ваши кредитные рейтинги, биржевые индексы и неприкосновенность частной собственности. Играйте в эти картонные дурилки сами. В европейских странах есть финансовая гвардия (которая сейчас арестовывает яхты наших миллиардеров). Нам тоже нужна гвардия!

Шустрому европейскому бизнесу, который не хочет работать в России, придется продать за бесценок или подарить все, что он у нас понастроил: Икеи, Ашаны, Леруа Мерлены, сборочные цеха автопрома, автоматизированные линии пищевых предприятий… Это все останется в России и будет работать. Но утечки капитала из страны больше не будет: Запад сам отключил себе эту опцию. Ма-ла-дцы!! (добавлю: хитрая «Кока-Кола» уже заявила, что она никуда не уходит. Считаю, ей надо помочь уйти! И «Макдональдс» – в шею!).

Россия сможет спокойно использовать у себя западные технологии, не обращая внимания на западное патентное право: нас оно не касается. Кстати, Китай давным-давно копировал западные технологии и никому не платил. И как теперь оказалось, очень правильно делал.

А теперь давайте вспомним, что Китай планирует вернуть к родным берегам Тайвань. И при малейшем взвизге Европы он просто наплюет на европейское патентное право и национализирует те промышленные объекты и сборочные площадки, которые пока еще принадлежат европейцам. Не секрет, что вся высокотехнологичная техника собирается в Китае, а доход получает запад. Разве это честно? Китай давно на это зуб точит, ибо «развитые демократии» его достали. Куды тогда бедному европейцу податься? Инвестировать в Россию? Милости просим, но уже на НАШИХ условиях и в нашей юрисдикции.

Квадратура круга https://zen.yandex.ru/media/kvadr_kruga

https://www.putin-today.ru/archives/145941

Почти одновременно с аналогичным заявлением выступил глава компании SAP Кристиан Кляйн: «Экономические санкции против России — важный механизм по восстановлению мира. Мы постоянно обмениваемся информацией с правительствами по всему миру, полностью доверяем их указаниям и поддерживаем предпринимаемые действия. Мы останавливаем бизнес в России в связи с санкциями и, кроме того, приостанавливаем все продажи услуг и продуктов SAP в России».

Никакой детальной информации о сроках приостановки в сообщении Кляйна не содержится.

Американская Oracle и немецкая SAP — представители большого цифрового бизнеса, который проводил активную экспансию на российский рынок корпоративных решений начиная с 2000-х. Благодаря не столько уникальным решениям, сколько агрессивным sales-машинам, крупные компании и госкорпорации прочно «подсели» на западный софт.

Клиенты Oracle — Сбербанк, «Ростелеком» и Центробанк. Платформу SAP используют, например, Единый расчетный центр Минобороны РФ.

В последние несколько лет доля рынка немецкого разработчика корпоративных IT-систем снижалась: с 49% в 2016 году до 11% в 2021-м. А российские производители аналогичного софта, во многом благодаря господдержке, вышли вперед. В топ-3 разработчиков ERP-систем, составленный порталом Wiceadvice-IT, вошло две российские компании: «1С» с долей около 45% рынка и «Галактика» с 12%. Между ними находился Microsoft с показателем 14,5%. 

Толчок для импортозамещения

«Компания SAP долго занимала лидирующую позицию на рынке, говорит генеральный директор группы ИТ-компаний DZ Systems,создатель “Яндекс.Маркета” Дмитрий Завалишин. — Их ключевым конкурентом выступал именно 1С. Хотя и у других разработчиков сейчас есть продукты, которые могут быть использованы вместо решений немецкого конкурента».

«Как и любое ограничение, случившееся несет дополнительные возможности как для вендоров, которые в этой ситуации смогут расширить спектр решений на отечественном ПО, так и для компаний, которые в соответствии с ФЗ-188 обязаны были перейти на отечественный софт, но по каким-либо причинам этого еще не сделали. Процесс импортозамещения ПО получил очередной толчок и ускорение», — подчеркивает директор по развитию бизнеса корпоративных приложений и разработки программного обеспечения ICL Soft Лилия Сахипова.

Миграция корпоративных систем, по оценке Дмитрия Завалишина, может занять от пары месяцев для одного модуля до двух и более лет для сложных инсталляций. «Неразрешимых проблем в связи с этим не просматривается, — добавляет эксперт. — Я полагаю, что пользоваться старой системой в процессе разработки новой будет вполне возможно».

Как отмечает Лилия Сахипова, в некоторых случаях понадобится до пяти лет. «При миграции нужно рассматривать поэтапный вариант перехода. Сначала заменить критичные зоны, потом последовательно развивать и переводить все остальное», — говорит она.

Гендиректор информационно-аналитического агентства TelecomDaily Денис Кусков подчеркивает, что найти полные и столь же эффективные аналоги программного обеспечения будет достаточно сложно.

«Это не офисное приложение, которое можно с достаточной легкостью заменить на условный “Мой офис”, — заметил эксперт. — Обсуждение переезда c SAP на российские решения преждевременно, так как полноценной замены просто нет и когда появится неизвестно».

Как замечает ведущий аналитик Mobile Research Group Эльдар Муртазин, на те средства, которые платятся только за обслуживание баз данных Oracle или SAP, можно разработать собственные платформы, решающие ровно те же бизнес задачи.

«Впрочем, отказавшись от использования иностранных платформ, российский бизнес может неожиданно выяснить, что все эти системы не так уж необходимы. Но в любом случае бизнес не перейдет на счёты, не умрет»,

— уверяет Мутазин.

Приостановка навсегда

Сегодня оценить последствия ухода с рынка для обеих компаний и их клиентов сложно. С одной стороны, неизвестны детали санкционных решений: будут ли работать в полной мере ранее приобретенные программы (что эксперты считают по-бизнесовому честным), кого именно коснуться ограничения и насколько долго они продлятся.  

«В условиях, когда основные российские клиенты — в первую очередь крупные корпорации с госучастием, типа “Аэрофлота”, — попали под санкции, делать в стране становится нечего, – отметил Муртазин. — Но уходя сейчас, обе компании потеряют наш рынок надолго, если не навсегда».

С другой стороны, приостановка деятельности Oralce и SAP может вызвать ограничения для функционирования бизнеса, но последствия, по оценке экспертов, не будут критичными.

«Если ПО установлено на серверах компании, и она работает не в облаке, то бизнес сможет продолжать пользоваться софтом в соответствии с лицензионным соглашением. Проблемы возникнут только тогда, когда решению понадобится развитие или устранение проблем. Вендоры не придут на помощь. Придется отключать обновления», — подчеркивает Лилия Сахипова.

Российский рынок ПО не является нулевым, добавила она. У нас есть программные продукты, но пока они несравнимы по функциональности с зарубежными аналогами, так как их разработка началась гораздо позже. «Медленно, но верно мы шли к тому, чтобы российские системы развивались и повышали уровень. Сегодняшняя ситуация существенно ускорит этот процесс», — говорит Лилия Сахипова.

Уже сейчас многие российские IT-компании меняют бизнес-модель с разработки по запросу на создание собственных программных продуктов, а число ИТ-компаний, которые намерены получить аккредитацию, за сутки превысило 400. Об этом заместитель председателя правительства Дмитрий Чернышенко ТГ-каналу “Нецифровая экономика”.

Upd. Компания SAP сообщила нашему изданию: 

«Мы продолжаем поддерживать действующих клиентов в рамках договорных обязательств в той мере, насколько это позволяют санкции и ограничения экспортного контроля. Мы поставили на паузу заключение новых контрактов в России».

Подписывайтесь на нас:

– Ваша компания присутствует на российском рынке уже много лет, а в 2015 г. открыла в России и собственное сборочное производство на заводе GEA в Климовске. Чем это было вызвано?

– Мы занимаемся производством оборудования много лет, но раньше это относилось только к сельскому хозяйству. Открытие предприятия в Климовске стало результатом естественного роста компании за последние 10 лет. Мы существенно сократили поставки комплексных решений из-за рубежа в пользу более приемлемой инфраструктуры в виде локализации производства в Климовске. Но самое большое достижение нашей деятельности связано с ростом компетентности персонала – сегодня из 350 наших сотрудников 200 имеют инженерную квалификацию, причем это российские специалисты. Безусловно, в России есть иностранные компании, которые по-прежнему пользуются схемами ведения бизнеса из-за рубежа, но в рамках российской политики импортозамещения эта схема уже устарела, и мы это поняли. Очевидно, что Россия нуждается в производителе такого рода как мы, имеющем доступ к зарубежным технологиям и компонентам. Мы, по сути, уникальная компания, которая будучи частью международного концерна, является на 100 % российской. Мы имеем доступ к технологиям концерна GEA, но в то же время и производим оборудование в России; у нас есть экономичный инженерный ресурс глобального масштаба, которым мы можем поделиться с нашими коллегами в других странах. Мы даже в отдельных случаях можем быть наставниками при разработке каких-то новых технологических решений, при этом развиваем локальные чисто российские компетенции. Мы используем наш местный опыт с глобальной поддержкой со стороны концерна.

– Как компания GEA чувствует себя на российском холодильном рынке. Существует ли конкуренция, какие трудности вы испытываете как в техническом плане, так и с точки зрения налогообложения и российского законодательства?

 – Конкуренция здесь действительно высока. Безусловно, в России почти все компании закупают компоненты за рубежом. Мы же сокращаем долю импорта, как я уже говорил. Но сейчас самая большая проблема для нас в том, чтобы найти местных поставщиков компонентов, которые отвечали бы международным стандартам по качеству, надежности, гарантийным условиям и при этом имели бы конкурентные цены и поставляли бы оборудование в оптимальные сроки. Выбор надежных поставщиков у нас в России очень ограничен. Еще одна проблема связана с налоговой сферой – мы чувствуем серьезное налоговое давление. Несмотря на то, что компания полностью соблюдает требования законодательства, мы ощущаем ужесточение налоговых проверок, которые, на мой взгляд, ни к чему не ведут, но занимают очень большое время и отвлекают нас от основной деятельности. Также мы уделяем очень пристальное внимание вопросам охраны труда, а также документации по местным законам и нормам. У нас есть собственный отдел, который занимается этим направлением. Я бы не сказал, что в России в этом плане есть какие-то особые требования к зарубежным производителям, серьезно отличающиеся от норм других стран. Конечно, у каждой страны есть своя специфика, и наша задача как раз состоит в том, чтобы профессионально подойти к этому вопросу и предоставить нашему клиенту именно ту документацию на наше оборудование и решения, которая ему необходима. И это одна из причин, почему штат нашего российского подразделения на 99 % русскоязычный.

image

 – Как создавалось производство в России и каковы его работы?

– Предприятие в Климовске создавалось с нуля. Интересной деталью этого проекта стало то, что мы создали не команду производственников, а подбирали специалистов, которые имели большой опыт работы с нашими клиентами непосредственно на стройплощадках, – шеф-монтажников, пусконаладчиков и руководителей проектов. Мы пришли к выводу, что такая схема обладает мультифункциональностью: мы в состоянии производить разное оборудование для очень разных сегментов промышленности с учетом реальных условий эксплуатации. Это пятая мультифункциональная площадка концерна ГЕА в мире – остальные четыре находятся в Германии, Индии, США и Италии. Мы выпускаем оборудование для многих отраслей промышленности – от пищевой до нефтегазовой. В этом мы тоже уникальны, так как такой широкий спектр оборудования и сервиса предложит не каждая компания. В настоящее время годовой выпуск GEA в России, если измерять оборудование большими контейнерами, составляет до 28 контейнеров закрытого типа.

 – Каковы риски ведения бизнеса в России?

 – Что касается рисков, то, пожалуй, наибольший связан с инвестиционным климатом, который, к сожалению, все еще не тот, какой мы хотели бы видеть в России. Я сторонник четко спланированных действий менеджмента, в том числе и управления рисками и ценю тот факт, что мы являемся частью глобальной структуры, одно из подразделений которой специализируется на управлении рисками. Когда мы обсуждаем коммерческие условия контрактов, то руководствуемся очень строгой системой мониторинга со стороны корпорации. Прежде чем мы берем на себя обязательства наши решения проверяются неоднократно на всех уровнях концерна.

– Какова кадровая политика компании в России?

image

– Наше предприятие занимает прочное положение на рынке, и к нам постоянно обращаются специалисты в поисках работы. Как и у всех других западных компаний, у нас действует четкая политика по найму сотрудников, но любому квалифицированному специалисту мы не будем отказывать в работе. Мы также планируем разработать специальную программу для студентов, рассчитывая на то, что наши сотрудники останутся у нас надолго. Речь идет об аккредитованной программе стажировки, а также программе для выпускников Move – GEA, которая пока внедрена только у наших западных коллег. Она интересна специалистам, выполняющим различные должностные функции в технической сфере, готовит выпускников для успешной и полноценной карьеры в инновационной среде. 18-месячная программа включает стажировку в нашем центральном офисе в Дюссельдорфе и офисах по всему миру. Кроме того, возможность получения практического опыта работы с первого дня позволит молодым специалистам совершенствовать свои знания и демонстрировать навыки. Наши специалисты дорожат своим рабочим местом, и очень редко кто по собственной инициативе уходит отсюда. В целом хочу подчеркнуть, что мы уважительно относимся к трудовому законодательству, уделяем большое внимание охране труда, предлагаем нашим сотрудникам достойный соцпакет, а также расширенную систему страхования. Мы чувствуем высокую социальную ответственность перед сотрудниками, и в рамках наших возможностей оказываем им всяческую поддержку.

– На сегодняшний день вы распространяете свою продукцию по всей стране. Имеете филиал в Екатеринбурге, сервисное подразделение в Санкт–Петербурге, а также представительство во Владивостоке. Каковы ваши планы по расширению присутствия компании в России?

 – Мы сейчас осваиваем Сибирь. Это связано с нефтегазовым сектором, большая часть предприятий которого (наши заказчики) располагается именно в Сибири. Мы уже создали обособленное подразделение в Сургуте и в ближайшие полгода собираемся открыть сервисные пункты в Новосибирске и Самаре. Как только появляется большая концентрация обслуживаемых клиентов в каком-то регионе, мы задумываемся об открытии там обособленного подразделения. Стоит отметить, что третья часть наших сотрудников работает в сервисном направлении, что свидетельствует о постоянном росте количества установленного оборудования. Кроме того, за счет таких подразделений мы сокращаем сроки поставки оборудования и становимся ближе к потребителю. Мы идем туда, где находится наш клиент.

image

– Какие индивидуальные требования и пожелания высказывают российские заказчики?

– Никаких. Конечно, нам нужно знать конкретные требования и специфику местных компаний, но если мы будем работать, например, с европейским заказчиком, то у него тоже будут свои специфические требования; это лишь технические детали. В целом же требования российских заказчиков ничуть не отличаются от требований зарубежных клиентов.

– Какие инновационные и энергосберегающие технологии вы применяете в своей продукции для холодильного рынка?

– Зачастую, независимо от специфики отрасли, одним из определяющих факторов выбора того или иного решения для заказчика является совокупная стоимость владения. Этот достаточно комплексный параметр включает в себя не только капитальные затраты, но и ряд других параметров, которые в конечном итоге определяют эффективность производства. Среди этих параметров особенно важны затраты на энергоресурсы, которые составляют до 60% от совокупной стоимости владения тем или иным средством производства. Наравне с высоким качеством продукции компания GEA прилагает значительные усилия для развития энергоэффективных технологий, видя в этом одно из главных своих конкурентных преимуществ. Наиболее интересным примером в области эффективности может служить такое решение GEA для промышленных холодильных установок, как обеспечение ресурсоэффективности холодоснабжения, представляющее собой оптимизацию не только потребления электроэнергии, но и водопотребления, и промышленных стоков. Одно из инновационных решений последнего времени – использование частотного регулирования электродвигателей компрессоров (с целью регулирования производительности) и двигателей вентиляторов теплообменных аппаратов. Мы считаем, что практически все электродвигатели холодильного хозяйства можно и нужно оснащать частотными регуляторами, так как эффект от этого просто колоссальный. Помимо прямой экономической выгоды, выраженной в снижении энергопотребления, также снижается износ трущихся частей, что увеличивает ресурс оборудования. Поршневая технология GEA без маслоотделителя и с комбинированным применением частотных регуляторов скорости вращения главного электродвигателя и отключения цилиндров для регулирования производительности – также внесла вклад в создание энергоэффективных установок. Применение высокоэффективного компрессорного оборудования GEA в сочетании с инновационными разработками в области систем управления позволяет достичь существенной экономии потребления электроэнергии.

– Каковы планы компании на текущий год, что будет нового в ассортименте продукции и проектах компании?

– Формирование производственных планов во многом зависит от рыночных условий и спроса на ту или иную продукцию.  Одновременно с этим, перед нами, как и любым производителем, находящимся в конкурентной среде, остро стоит вопрос баланса между ассортиментом выпускаемой продукции и ее стоимостью на рынке. Опираясь на наш собственный опыт и опыт корпорации, мы фокусируемся на стандартизации уже освоенной продукции, а также на развитии новых направлений, среди которых оборудование для подготовки сырой нефти и переработки нефтешламов.  За последние два года мы прошли реорганизацию матричной структуры и осуществляем объединение всех юридических лиц в одну структуру, через два года этот процесс будет завершен. Есть планы по созданию единого инженерного центра – уже сейчас мы создаем единую службу обеспечения поставок запчастей. Что касается производства, то мы будем развивать существующий в Климовске кластер. Помимо этого, принципиальное движение в ближайшую пятилетку будет в сторону создания одной площадки для офисных процессов и другой – для производственных. Мы однозначно намерены развивать энергосберегающие технологии. На них есть колоссальный рыночный спрос, а мы готовы предложить уникальные продукты, которые уже на шаг впереди конкурентов. И, наконец, мы уделяем особое внимание научным разработкам и хотим мотивировать наших сотрудников участвовать в создании инновационных продуктов, особенно в сфере автоматизации производства. Это один из важнейших приоритетов компании, соответствующий трендам времени.

Оцените статью
Рейтинг автора
4,8
Материал подготовил
Егор Новиков
Наш эксперт
Написано статей
127
А как считаете Вы?
Напишите в комментариях, что вы думаете – согласны
ли со статьей или есть что добавить?
Добавить комментарий